Заявка на участие в марафоне

* Поля, обязательные для заполнения

Если Вы хотите принять участие в Марафоне: Английский каждый день, оставьте Ваше имя и номер телефона и мы свяжемся с Вами в ближайшее время

Бесплатный пробный урок

* Поля, обязательные для заполнения

Если Вы моложе 18 лет, то пробный урок проводится только с согласия Ваших родителей.

Говорить ли с ребенком на другом языке? - Детский билингвизм

bilinguism-001Молодые родители находятся под сильным давлением. До тех пор, пока я сама не стала мамой, я не понимала, насколько болезненным может быть обсуждение со знающими друзьями и родственниками всего, что связано с ребенком, от грудного вскармливания до необходимости приобретения детского джакузи.
 
Помимо всего прочего, билингвальные родители также сталкиваются с проблемой выбора языка, на котором они будут разговаривать со своим ребенком. Конечно, все мы хотим для наших детей всего самого лучшего, но что делать, если второй язык вы освоили уже будучи взрослым? Стоит ли разговаривать с ребенком на языке, который для вас не является родным?
 
Этот вопрос поднимает Джим Клинг (Jim Kling) в своем посту к блогу New York Times «Motherlode», где он задается вопросом, говорить ли с дочерью на тагальском (родном языке его жены) или на английском (его родном языке).
 
В итоге Клинг пришел к выводу, что ему следует говорить с ребенком на английском, так как взрослые, общающиеся с детьми на неродном для них языке, отрицательно влияют на освоение языка в целом. К такому заключению Клинга подтолкнуло исследование Эрики Хофф (Erica Hoff). Хофф сравнила результаты школьных экзаменов детей испано-говорящих иммигрантов, родители которых говорят с ними на испанском, с результатами детей, общающихся дома по-английски (т.е. на неродном для родителей языке). Результаты экзаменов показали, что дети, общающиеся дома по-английски, знают английский хуже своих сверстников-билингвов.
 
Клинг сделал вывод, что не-носителям языка не следует общаться со своими детьми на неродном для них языке и он, разговаривая с дочкой на тагальском - а не на английском, - на самом деле оказывал ей «медвежью услугу». Иными словами, Клинг извлек из исследования Хофф следующее: не-носители языка являются не самыми лучшими моделями для подражания, так как в их речи преобладают грамматически и идиоматически бедные конструкции.
 
Я же, будучи лингвистом, сделала совершенно иной вывод из исследования Хофф: дети усваивают язык окружения из общения со своими сверстниками, поэтому тот факт, что родители первой группы говорили с детьми по-английски, не сыграл особой роли в изучении языка (они и так его изучали, общаясь друг с другом). Однако те дети, родители которых говорили с ними по-испански, получали двойную дозу - английский из окружения, испанский из семьи – и росли билингвами, соответственно, заметно выигрывая.
 
Почему я считаю свое объяснение верным? Во-первых, существует множество доказательств положительного влияния билингвизма на мозговую деятельность. Во-вторых, исследования в социолингвистике указывают на то, что дети изучают язык общаясь друг с другом, даже в самом раннем возрасте: лингвист Волт Волфрем (Walt Wolfram), к примеру, показал, что для ребенка общение со сверстниками становится важнее общения с родителями при изучении языка в возрасте около 4 лет. Вот почему несмотря на то, что я и мой муж выходцы из Австралии, наши дети, живя в Коннектикуте, будут говорить как янки. И вот почему дети из исследования Хофф так легко осваивают язык из окружения, даже когда родители говорят с ними по испански.
 
Но давайте подробнее остановимся на мысли о том, что не-носители языка не могут создать своим детям необходимые условия для овладения неродного для них языка. Казалось бы, это логично: если родители делают грамматические ошибки (а также лексические, ошибки в произношении и пр.) в неродном языке, дети будут копировать эти ошибки. Тем не менее, на практике доказательств этой мысли нет. Более того, дети, с которыми родители говорят на втором языке, вырастают 100-процентными билингвами. К примеру, глухонемые дети слышащих родителей получают огромное преимущество от раннего приобщения к языку жестов, исходящее от родителей, не знающих изначально язык жестов. Еще один интересный пример, взятый из работы Дэрила Болдвина (Daryl Baldwin) и Дэвида Коста (David Costa): дети, общаясь с родителями на неродном для родителей языке, не делают тех грамматических и звуковых ошибок, которые присутствуют в речи родителей.
 
Дети могут учиться у не-носителей языка. Они все быстро схватывают, но при этом механизм освоения языка напоминает фильтр: даже если вы не всегда правильно спрягаете глаголы и временами забываете про артикли, им не составит труда уловить основной принцип.
 
Таким образом, не настолько важно кто говорит с ребенком – носитель или не-носитель языка. Гораздо важнее, чтобы ребенок имел возможность практиковать этот язык с несколькими людьми. Дочь Клинга будет говорить по-английски независимо от того, говорят дома на английском или нет. Если же вся семья будет говорить дома на тагальском, то помимо того, что это создаст дополнительную мотивацию изучения и практику тагальского, это также станет положительной моделью многоязычия для его дочери.

перевод статьи Клер Боверн
 
Клер Боверн (Claire Bowern), профессор отделения лингвистики и член научного сообщества в Йельском Университете (Yale University). Ее исследования в основном посвящены исчезающим языкам.